О китайской педиатрии нет никаких источников на русском языке. Официальные источники на китайском языке не могут говорить о недостатках своей медицины, тем более, что лечат они по американской системе, а то, что является американским  – плохим быть не может. Я долго думала с чего начать статью, как преподнести недостатки китайской педиатрии и решила начать с  собственного примера. Это даст возможность родителям самим оценить и увидеть  все плюсы и минусы современной западной медицины Китая.

Подчеркиваю, что речь в статье идет исключительно о частных специализированных клиниках матери и ребенка, которые зачастую приписывают себе международный статус. Статья основана на  личном опыте.

Для тех, кто совсем ничего не знает о порядке приема врачей в клинике. Обычно вы приходите в регистратуру, платите от одного до пяти юаней за карточку, заполняете, оплачиваете прием, берете квитанцию и идете в нашем случае отделение педиатрии. На входе стойка, за которой медсестры в порядке живой очереди направляют по кабинетам. Когда подходит ваша очередь, входите, доктор испытывает легкий шок, что к нему пришли иностранцы, после пары фраз понимает, что китайский у вас свободный или даже если и не очень, незамедлительно восхищается и спрашивает, где учили, откуда родом, едите ли вы китайскую кухню и часто ли приезжают к вам родители. После этого теребит вашего ребенка за щечки и спрашивает с чем пришли. Внимательно слушает, внимательно изучает истории предыдущих болезней. Далее выписывает лекарства и отправляет домой. Это почти ритуал.

Доктора работают посменно, многие раз в неделю еще и в випотделении и стационаре, поэтому даже если вы тщательно разберетесь в их расписании, не всегда обстоятельства могут сложиться так, что вы попадете именно к тому врачу, который вас принимал накануне.

Хороша ли капельница? Да, хороша, лекарство быстрее действует, тем самым приближая время выздоровления и сокращая период болезни.

Наша история

Когда нашему сыну было полтора года, он в первый раз заболел пневмонией. Началось все с температуры, мы родители молодые и неопытные, поэтому не откладывая отправились к врачу, который назначил нам сироп от кашля и детский парацетамол. Через два дня у нас ухудшился кашель, мы опять к доктору, уже другому (работа у них сменная), поэтому нам вновь приходилось объяснять с чего все началось и почему мы опять пришли. Этот доктор внимательно изучил историю болезни, выслушал нас и отправил на капельницу. Капали нам антибиотик три дня, улучшений у нас не было. Мы пришли опять к доктору, уже третьему, опять изложили ему нашу историю, он осмотрел ребенка и сообщил, что у нас 发炎, что по-русски означает воспаление легких. И, конечно, надо ложиться в больницу. И конечно, мы легли. На шестой день нас выписали и отправили домой, вдогонку еще дали сироп от кашля и антибиотик. Расходы за весь период лечения, с учетом того, что мы жили в хорошей палате, составили около 8 тысяч юаней.

Второй раз воспалением легких мы заболели через 5 месяцев. Та же самая история, один в один. На вопрос, почему прошло так мало времени, а ребенок опять заболел, доктор нам ответил, что возможно это осложнение, которое могла дать аллергия, плюс сухой и загрязненный воздух, исключить из рациона ребенка цитрусовые и манго. Пролежали мы опять 6 дней. Те же процедуры, капельницы…  Сумма лечения, в общем, составила около 7 тысяч юаней.

Спустя 6 месяцев ребенок сильно травмирует передние зубы, приходится накладывать швы под местным наркозом. После чего нам назначают трехдневный курс противовоспалительного внутривенно, и мы идем на капельницу.

Желая побаловать ребенка, покупаем австралийское киви и травимся им всей семьей на второй день после травмы. Ребенка тошнит сутки, есть он не может, воду пить тоже. Конечно, мы бежим в больницу, где нам говорят, что поскольку противовоспалительное уже назначено, доназначаем вам глюкозу и продлеваем еще на день. На 3 день после отравления температура поднимается до 38.5, ребенок кашляет и доктор нам сообщает, что у нас 发炎 пневмония и нам надо ложиться в больницу. И мы ложимся. Отчаяние полное. На 6 день нас выписывают, попа у нас не плачет, зубы не болят, кашель остаточный, еще принимаем неделю лекарства и выздоравливаем полностью.

Через неделю снова сопли, едем в больницу, потому что только после пневмонии и страшно рисковать. Доктор исполнил ритуал, изучил историю болезни! И сказал, что у нас аллергия на сухой воздух, выписал капли, которые производит только их больница и отправил домой. В то время ребенок у нас мог съесть три яблока подряд и при этом просить еще. У этого же доктора спрашиваю, может ему витаминов не хватает? На что он ответил, нет, просто ребенку очень вкусно, но больше двух яблок в день не давайте.

Через два дня ночью ребенок просыпается от боли в ушах. Мы едем в больницу. Гнойный отит. Нам назначают антибиотик внутривенно на 6 дней. Спрашиваем надо ли делать компрессы, что-то капать в уши, в нос, ответ – нет. Боль ушла. Мы вроде окрылились, да рано. Доктор, посмотрев наши уши через 6 дней, выписал нам, как потом оказалось направление в стационар, и сказал: «Улучшений у вас нет. Вам нужна операция. Следующий!» На вопросы доктор уже не отвечал, поскольку у него был следующий пациент. От пофигизма врачей и собственного бессилия хотелось умереть, но было некогда и нельзя. Мы рванули в стационар в надежде на более деликатное объяснение. В подробности операции нас посвятил рядовой хирург, который и должен был нам ее делать. А заключалась она в следующем. Ребенку делают общий наркоз, вставляют трубочку в барабанную перепонку для оттока гноя. А через полгода ему опять-таки под общим наркозом эту трубочку вынимают. Мы напомнили про прокол, который практикуют у нас в стране, на что доктор нам ответил, проколы они практикуют крайне редко, потому что при местном наркозе детям все равно больно, и они вертятся и кричат, тем самым могут помешать работе доктора. Сказать, мы были в недоумении, значит, ничего не сказать.

Мы вышли на главврача, он нас отвел к своему старенькому преподавателю. Для чего именно мы не поняли, но в какой-то мере нам повезло, профессор, оказалось, говорил по-русски и очень хорошо помнил, что такое водочный компресс, поскольку когда-то проходил практику в Даляне, где работал с русскими солдатами. Он, посмотрев наши уши, сказал, поменять антибиотик и ждать еще 3 дня, обязательно капать в нос сосудосуживающие и капать в уши лекарства, которые у нас есть. Одновременно мы уже созванивались с русским педиатром и активно докладывали действия китайских врачей и дополнительно делали все, что они назначают.

И вот на 4 день пришла к нам врач, посмотрела и сказала, что видит ухудшения. Я шла за ней по коридору и, чуть не плача, спрашивала, какое именно, она так мне и не сказала, говорила все подряд, но прямо на мой вопрос не отвечала. Пришли медсестры менять катетер, вен нет, ребенок опять плачет. Заглядываю к нему в рот и вижу, что на горле есть белый налет. Возвращаю доктора обратно, говорю ей, посмотрите еще раз его горло, она даже не удосужилась прижать его язык, глянула поверхностно и сказала, что все нормально и она ничего не видит. Я была в шоке. Мы прогнали медсестер, забрали ребенка, собрали чемоданы и на следующий день уже были в России.

Педиатр нас ждал. Врач, посмотрев результаты анализа крови,  был просто в ужасе  от того, что ребенка носят на ногах одни антибиотики. Ведет к лору, который сообщает, что у нас был разрыв барабанной перепонки. Это видимо и являлось тем самым ухудшением, которое увидела китайский доктор. Лор назначила нам лечение, педиатр восстановительный курс,  кое-что пили несколько месяцев. Но уже через неделю после принятия всех лекарств и витаминов наш ребенок мог съесть целое яблоко, как и раньше. Зима была очень сырой, но ребенок еще более полугода ни разу не болел никакими простудами.

Все наши рентгеновские снимки, которые в России при пневмонии делают обязательно, у нас сохранились, педиатр посмотрела их, посмотрела результаты анализов и сказала, что у нас ни разу не было пневмонии, каждый раз был абструктивный бронхит.

Нам есть с чем сравнивать, приходилось лечить ОРВИ и в России, но только лечили мы его не более шести дней и в бронхит у нас это не переходило. За последние два месяца общего лечения мы выложили около 3 тысяч долларов, потратили неимоверное количество нервов и времени при этом серьезно подорвали здоровье ребенка. Я для себя сделала определенные выводы. В Китае доктор всегда будет прав, потому что он много знает. Сам народ не владеет информацией, потому что их никто этому не учил, да и некогда, надо быстрее вылечить ребенка, чтобы быстрее пойти и заработать ему же на рис. Поэтому часто можно встретить китайцев, которые не понимают, что значит пропустить школу по причине простуды с температурой 38.8. А доктор при этом должен принять за день очень много больных, поэтому ему некогда уделять внимание каждому.

Новые клиники, например, как «Клифорд» в Гуанчжоу, работают по компьютерной системе. То есть контакт с больным практически исключается. Допустим, вы рассказываете о симптомах, которые доктор вводит в программу. Программа выдает список анализов, рекомендуемых к сдаче. Вы их сдаете, анализы опять-таки проводит компьютер, который посылает данные на компьютер доктору. Программа на основании полученных результатов выдает перечень лекарств, которые вы должны принимать. Таким образом, получается, что врач не пользуется знаниями, а занимается продажей лекарств. Общение с пациентом сводится к минимуму.

Выводы каждый для себя сделает свои. Но я уверена в нашей педиатрии, не зря она считается самой дотошной в мире, конечно, трудно найти своего доктора, но мы, например, сделали это. Каждый раз мы везем в Китай лекарства, которых нет здесь в аптеках, каждый раз при появлении первых соплей, мы созваниваемся с русским педиатром. И, наконец, мы застраховали ребенка.

Я желаю крепкого здоровья вашим детям!

Инна Старинчик